Фрагмент  интервью  бывшего полузащитника «Спартака» о красно-белых и сборной России

— Если отыграть назад, можно было бы в той ситуации изменить происходившее, и остаться в «Зените»?
— В «Зените» можно было бы остаться, но я думаю, что на тот момент я делал правильные шаги. Мне трудно было, не находясь внутри коллектива (во время аренды в «Краснодаре»), понимать, что там происходит и что будет. В «Зените» можно было остаться, но были причины, по которым я не продлил с ними и ушел в аренду в «Краснодар». Когда я переходил в «Спартак», он провалил весну, но ничего не предвещало, что будет совсем плохо в следующие два года.

 — А остаться в «Краснодаре»?
— Остаться в «Краснодаре» можно было, просто мы не договорились по условиям во второй раз. В первый раз я, по большому счету, не планировал оставаться, хотя мне там все нравилось и все устраивало. Но первый раз я хотел вернуться домой в Москву, и был вариант со «Спартаком», который на тот момент претендовал на борьбу за золотые медали. На тот момент, я думаю, что это был более правильный выбор в пользу «Спартака». А второй раз мы просто не договорились с «Краснодаром».

— Как ты думаешь, это за счет энтузиазма Галицкого?
— И Галицкий, и все люди, что там работают, под стать ему. Все хотят расти, развиваться, и все делают для того, чтобы команда себя чувствовала прекрасно. Там семейная обстановка, и все, кто приходят – быстро вливаются в коллектив. Там на самом деле приятно находиться.

— В «Спартаке» такого не было?
— В «Спартаке» тоже хорошая обстановка внутри команды и люди, которые работают с командой — все великолепны в этом плане. Но есть какие-то нюансы, которые происходят в клубе, которые не дают команде не то чтобы раскрыться, но играть лучше, чем она игра.

— Когда ты понял, что перестаешь попадать в состав «Спартака», и история вокруг нагнеталась, когда все ждали – выпустит Аленичев или нет… Футболисты же все очень эмоциональные, насколько это психологически выбивает, когда начинаешь отвлекаться от процесса тренировок и игры? И вынужденно, даже когда не хочешь, слышишь везде о том, выйдет ли Широков на поле.
— Ситуация была 10-дневная, а потом наступил отпуск, за это время мы тоже не смогли ни к чему прийти. Но я о ней даже не думал. Потом, когда приехали на сборы, у нас начались двухразовые тренировки, и даже подумать об этом некогда было. Потом приехало руководство, и с ним мы уже сели и поговорили, придя к общему мнению, что надо разойтись. ни психологически и вообще ни как меня не выбивала.

— Ты побывал в фактически в трех главных клубах страны – «Зените», «Спартаке» и цска. Три совершенно разных группы болельщиков, со своим отношением, три разные истории и структуры. Как бы ты их сравнил между собой?
— Их трудно сравнить. Все разное. Структуры, может быть, схожие, но все остальное, включая взаимодействие с болельщиками – все разное. Но взаимодействие с болельщиками – все разное. Может быть, разные истории сейчас – кто-то более успешен, кто-то менее — и это тоже накладывает свой отпечаток.

— Когда «Спартак» наконец выиграет титул?
— Ну, они каждый год заявляют об этом.

— Если сейчас придет Лассана Диарра, можно будет сказать, что «Спартак» попадает в число претендентов. Может один человек так сильно что-то изменить?
— Сомневаюсь. Безусловно, это сильное и хорошее усиление, если оно будет, но я не думаю, что он один решит. Тем более что он не атакующий игрок.

— Ну это вариант нашего Денисова.
— Ну да.

— Бердыев или Черчесов?
— Или Хиддинк (смеется). Или иностранец. Не знаю, это решение должны принимать в РФС, как им двигаться дальше. Бердыев, Черчесов – не знаю, стоит ли говорить сейчас об этом.

— Ты работал и с российскими тренерами, и с иностранцами. Кто тебе больше дал в футбольном плане?
— Все тренеры мне что-то давали, ну а как еще? Я не работал в топ-клубах с российскими топ-тренерами.

— А Слуцкий?
— Я не считаю, что он топ-тренер. У Слуцкого есть формат чемпионата России, в котором он неплохо себя чувствует, а на международной арене, к сожалению, он пока себя никак не проявил. Ни в еврокубках, ни в сборной. Поэтому говорить, что Слуцкий топ-тренер на данный момент, к сожалению для него, не приходится.

— У тебя Капелло, Хиддинк, Спаллетти, Адвокат. По большому счету – реально мировые звезды тренерского цеха.
— Ну да, это все, у кого я играл.

— Вопрос к Широкову как к потенциальному футбольному чиновнику. Лимит нужен нашему футболу или нет?
— Наверное, в таком виде, как сейчас – нет. Но в каком виде нужен – трудно сказать, потому что не хотелось бы, чтобы приезжали средние игроки из каких-то стран и закрывали дорогу нашей молодежи. Просто, наверное, нужно больше внимания уделять своей молодежи. И в какой-то момент даже в ущерб результату. Потому что результата у многих все равно нет. Ну займут они седьмое место или двенадцатое – какая разница?

— Потолок зарплат?
— Идея-то хорошая, и мы внутри сборной, когда был Фабио (Капелло), года два назад обсуждали, собирали наши мнения и на исполкоме РФС что-то хотели сделать. Но, насколько я знаю, там никто нас не услышал. Я-то сам за потолок, но как мы его проверим? Никто бюджеты у нас не открывал. Проводить какой-то аудит клубов два раза в год? Ну, это тоже, наверное, не дело.

— Мы же все прекрасно понимаем, что есть ситуация, при которой можно заключить рекламный помимо действующего зарплатного контракта.
— Я не знаю, как действует схема в НХЛ и НБА. Если у нас будет такая система, то я обеими руками за потолок.

— Тем более когда перед глазами примеры Жемалетдинова и Соловьева.
— По большому счету, люди по разу ударили по мячу, и получается, что одному много денег дали, второму. Но одного мы уже потеряли – его не видно и не слышно. Дай Бог, чтобы второй играл в «Рубине». Но может получиться такая же история.

— Какой бы максимум мог быть для ребят до 20 лет?
— Я считаю, что надо сделать как в НХЛ – до 23 лет определенный потолок. И добавлять до максимума за счет бонусов – если провел 50 процентов матчей, это уже игрок основного состава, добавили. Сыграл 60 процентов игр – еще добавили. Я не думаю, что в данной ситуации надо привязываться к количеству забитых мячей – можно отталкиваться от набранных очков. Или можно прописывать бонусы за 10, к примеру, забитых мячей. Можно бонусы прописать за все – в пределах определенной суммы. И если ты в течение трех лет держишь этот уровень, с тобой могут заключить контракт на более высокую сумму А если нет – соответственно, работодатель понимает, что с тобой не нужно заключать контракт. Потому что ты, может быть, сверкнул в одном-двух матчах, а потом тебя не видно и не слышно. А контракт на большую сумму уже подписан.

Чтобы не терять деньги, ты докажи сначала, что действительно являешься стабильным игроком с хорошими качествами. И тогда получай свои заработанные деньги, и зарабатывай дальше.

А у нас все привыкли получать деньги, а не зарабатывать. Такую же систему можно сделать и для игроков старше 23 лет. Но каждый клуб должен это определять для себя – сумма контракта такая-то, а остальное бонусы. Играешь – получаешь, забиваешь и отдаешь – получаешь, не пропускаешь – тоже получаешь. И обязательно привязка к командному результату.

— Систему проведения чемпионата страны, когда мы, по сути, теряем летние месяцы, надо менять?
— Я изначально был против этого формата, потому что не вижу в нем никаких плюсов. Абсолютно никаких. Просто круги местами поменяли, а потом не знаем, что с этим делать. Как выкарабкиваться из ситуации, когда матчи некуда перенести. Это еще у нас команды в еврокубках никуда не выходят. А если, дай бог, будут выходить по две-три? Даже пусть в условную Лигу Европу. С нее надо начинать — нам надо стабильно в четвертьфинал выходить. И тогда у нас будут большие проблемы с дальнейшими переносами. Нужно вернуться к той системе, которая была раньше. Говорят, что тогда все равно два месяца пропадают. Мы можем начинать чемпионат чуть пораньше, тем же летом и заканчивать вовремя.

— То есть ездить и играть просто ради того, чтобы играть – неинтересно?
— Мне – нет. Я уже ездил и играл в командах, которые занимали восьмое и десятое места. Можно поехать в команду, но не в ту, которая ставит перед собой задачу занять восьмое место, естественно. Когда я пришел в «Краснодар», может быть, они и не ставили перед собой высокой задачи – но все равно мы доехали до пятого места, которое позволило играть в еврокубках. В тот год мы дошли до финала Кубка России, но, к сожалению, не смогли его завоевать. Дали возможность (Артему) Дзюбе завоевать первый в карьере трофей.

— Поддержать традицию, которую ты, кстати, тоже продолжил, уйдя из «Спартака»?
— Да. Уйди из «Спартака» и завоюй трофей. А во второй год в «Краснодаре» они шли на пятом месте или четвертом, а закончили вообще на третьем. С реальной возможностью вообще попасть в Лигу чемпионов.

— У тебя же полный комплект медалей в России?
— Да. У меня по две (серебряных и бронзовых). За исключением чемпионских. Их три. В последнем чемпионстве цска мое участие было небольшим, но медаль есть. Надеюсь, будет – еще не вручали.

— Так все-таки, если заканчивать футбольную тему – какой клуб для тебя родной?
— Родной, безусловно, цска. Но по тому, сколько времени я провел и сколько трофеев выиграл, Санкт-Петербург стал для меня родным городом и «Зенит» — родной командой. Я когда уходил, сразу сказал, что город, команда и болельщики навсегда останутся в моем сердце. Все-таки шесть лет из сердца не выкинешь – при том, что они были плодотворными во всех отношениях. У меня там и дети родились, все что можно я там выиграл и огромное удовольствие получал. И от города. И от игры команды.

— В «Спартаке» очень обиделись на твои слова, что переход был ошибкой и негативно повлиял на твою карьеру…
— Если судить по тому, как все развивалось в дальнейшем, можно назвать это ошибкой. А на тот момент я считал, что делаю все абсолютно правильно. Но, к сожалению, не пошло. Переход в «Спартак» я ни в коей мере не считал ошибкой – я думал, что перехожу в команду, которая действительно будет сражаться за чемпионство. Но получилось так, как получилось. А по прошествии времени можно признать – да, это была ошибка. Но на тот момент я даже и близко не думал, что все так сложится.

— Не надумал стартовый состав на 2018 год?
— Тот же, что и есть. Акинфеев в воротах. Справа, если никто не появится, Смольников, он не заставляет усомниться в своих возможностях. Пара центральных защитников (Березуцкий и Игнашевич) тоже останется неизменной. Если только какие-то травмы их не выбьют, тьфу-тьфу-тьфу…

— А (бразилец) Марио Фернандес – нужен он команде?
— Трудно ответить. Я не думаю, что нужно натурализовывать игроков, которые находятся примерно на одном уровне с нашими. Надо натурализовывать тех, кто на голову сильнее.

— Сейчас нельзя сказать, что он на голову сильнее?
— Он, может быть, чуть лучше, в каких-то компонентах, чем Игорь (Смольников). Но и то я не уверен. Да, очень хороший защитник, но не думаю, что Смольников в своей лучшей форме ему как-то уступает.

— В опорной зоне – Глушаков и Мамаев?
— Я не знаю — надеюсь, что еще и Гарик (Игорь Денисов). То, как он тренируется и как отдается в игре…

— Тогда, может быть, Денисов и Мамаев?
— А кто еще есть?

— Тарасов.
— Ну, основной вариант Денисов – Дзагоев, когда выздоровеет. Слева – Шатов. Справа много вариантов – тот же Кокорин, тот же Самедов. За два года, возможно, кто-то еще вырастет. Под нападающими – Мамаев, наверное. А впереди – тот, кто на тот момент будет лучше выглядеть. Дзюба, Смолов, тот же Кокора. Пока других-то не видно.

— Широкова так и нет?
— Широков же закончил вроде, как мы договорились.

— А в тренерский штаб сборной России?
— Это можно, тем более что я освобожденный буду. Могу ездить, просматривать игроков, ту же молодежь.

— Телефон Виталия Леонтьевича Мутко подсказать?
— Есть же. Фишки расставить я всегда смогу, надеюсь.

— Тогда с Сергеем Богдановичем (Семаком) у вас будет серьезная конкуренция?
— Думаю, что он – более масштабная фигура. Я бы вообще его предложил на место главного тренера сборной.

— Ты — первый помощник?
— Я считаю, что он вообще может обойтись без помощников, хотя помощником готов. Даже если мы берем тренера на два года. К тому же он работал с очень сильными тренерами, и у него сейчас очень большой опыт. Он знает, как западные специалисты строят свою работу, сейчас поработал с нашим лучшим тренером, у которого тоже что-то почерпнул. Я думаю, что два ближайших года он с Луческу отработает, который тоже очень опытен, и является тренером серьезного европейского уровня. Если мы сейчас ставим другого тренера, то считаю, что через два года Семак обязан стать главным тренером сборной России.

— Насколько ясно дал понять Виталий Леонтьевич, сейчас спешки с назначением главного тренера нет. Потому что время до конца лета на подумать имеется. Как вариант – если сейчас попробовать Семаку отдать команду?
— Я с Богдановичем разговаривал уже на следующий день после ухода Слуцкого и спрашивал. Я бы сейчас ему отдал, но, видимо, у него уже контракт с «Зенитом» подписан.

— А вдруг нет?
— Но его хотят видеть в тренерском штабе команды. Возможно, ему стоит еще два года поработать помощником и в «Зените», и в сборной, и уже после этого принять национальную команду. Очень большая ответственность ложится на главного тренера, и у нас очень большие ожидания. И молодого тренера кидать в пекло, может быть, и не стоит. Но я уверен, что Сергея Богдановича это нисколько не смущает. Он может очень достойно провести цикл и отработать с нашей сборной.

rsport.ru

Записи vova_murik