Полузащитник «Спартака» Роман Зобнин перешел в наш клуб этим летом. В интервью спартаковской пресс-службе новобранец красно-белых рассказал о встрече с Лэмпардом, самых памятных матчах в карьере и трехмесячном сыне Роберте. 

ЖАРА

— Вы дебютировали за «Спартак» в матче Лиги Европы с АЕКом. Какие чувства испытывали, выходя на поле?

— Волнение, конечно, чувствовалось и на разминке, и на первых минутах игры. Это все заметили. Трудно было абстрагироваться от того, что это встреча Лиги Европы. Болельщики АЕКа оказывали давление: мол, что, пас точный отдать не можешь?.. Было непросто еще и потому, что это первый матч сезона. И дышать из-за жары было нечем. Поэтому поначалу, естественно, переживал. Но потом вошел в игру, и все стало нормально.

— После первого матча Дмитрий Аленичев назвал вас лучшим игроком встречи. 

— Приятно, конечно. Но сам себя таковым не считаю. После матча, уже в самолете, долго прокручивал игровые моменты. Посмотрел статистику. Она у меня была хорошей: неплохой процент точности технико-тактических действий, небольшой процент брака. Но я остался недоволен. У меня было две прекрасных возможности. Один гол-то уж можно было забить…

— Вы нанесли несколько ударов по воротам. Какие моменты выделяете?

— В первом тайме Комбаров подавал с фланга, я переводил мяч в ворота — не попал. А во второй половине Промес вывел меня пасом один на один с голкипером. Не смог метко пробить. Нужно было подойти к ситуации с полной концентрацией, вложиться в удар. Но все произошло очень быстро. Не успел подумать, как лучше послать мяч, какой частью ноги пробить.

— Когда-нибудь играли в таком пекле, как на Кипре?

— Ни разу. Помню, летом стояла жара — тридцать градусов. Но тогда матчи второй лиги отменяли или переносили на более поздний час, когда на улице становилось прохладнее…

Выходить на поле при температуре сорок градусов — это для меня впервые. Хорошо, что были перерывы на водопой. Иначе сознание бы точно потерял.

— В жару вы играли первый раз. А в сильный холод вам наверняка приходилось нередко выходить на поле? Вы же из Иркутска…

— Конечно. В Иркутске все тренировки зимой были при минус двадцати–тридцати градусах. Ну а куда нам было деваться? Хотели играть в футбол. Надевали на себя все что можно, потому что было очень холодно. Мы жили в двухэтажном деревянном доме. Его требовалось хорошо прогревать, чтобы было тепло. Поэтому даже ночью спал в одежде. А на занятиях мы ноги обматывали пакетами. Но, по-моему, ничего не помогало. Все равно замерзали.

СТАЖИРОВКА В ЧЕЛСИ

— Вы уехали из Иркутска в Тольятти, в Академию имени Коноплёва, довольно рано…

— Да, уехал из дома в одиннадцать лет. Первый год сильно скучал по родным. Хорошо, что мама приезжала ко мне несколько раз за сезон.

— Как познакомились со спартаковцем Ильей Кутеповым?

— Илья приехал в Тольятти, будучи уже достаточно взрослым, сразу стал играть во второй лиге. А я был в Академии имени Коноплёва с пятого класса. С Ильёй стал хорошо общаться, когда поехал вместе с ним на стажировку в «Челси».

— Вы тренировались с молодежным составом. Стажировка с «Челси» — ценный опыт?

— Да. Увидел, как по-настоящему нужно заниматься футболом. Узнал, какой у иностранцев менталитет. Конечно, он сильно отличается от нашего. Они всегда спросят на тренировке: «Как дела?» Постоянно улыбаются, в любой ситуации поддержат, даже если ты ошибся.

— А у нас, если отдадите неточный пас, шутят: такие передачи будешь делать в ФНЛ?

— Да, это чтобы не расслаблялся. (Улыбается.) Но, знаете, сейчас уже так не шутят.

— Кто-то из основного состава «Челси» тренировался с вами?

— Фрэнк Лэмпард, он восстанавливался после травмы. Еще с нами были Дэниэл Старридж и Джеффри Брума. Мы играли мини-турнир четыре на четыре. На всю жизнь запомню. Думал: «Со мной на поле футболисты, которых раньше видел только по телевизору!» Мне ведь тогда было всего семнадцать лет.

— Кутепов в Лондоне был поражен скоростью игроков.

— Да, мы видели такие скорости впервые. Это космос! Тогда даже представить себе не мог, что так можно играть в футбол. Съездил и понял, на каком уровне нахожусь на самом деле и к чему надо стремиться.

— Когда за карьеру еще испытывали такие сильные эмоции?

— В игре «Динамо» — «Наполи» в Лиге Европы. Итальянцы продемонстрировали серьезный уровень. Но тогда был уже старше, и их игра не казалась мне чем-то недостижимым. Хотя вообще в Лиге Европы скорости намного выше, чем в российском футболе.

— К самым памятным моментам в вашей жизни можно также отнести товарищеский матч Россия — Казахстан?

— Да. Это был мой дебют в сборной. Сыграл достойно. Спасибо Капелло, что он меня вызвал. Честно говоря, даже не предполагал, что выйду на поле в той игре. Когда Василий Березуцкий, центральный защитник, получил травму, тренер почему-то выпустил на газон именно меня. Сделал какие-то перестроения, и в итоге я оказался в центре. Почувствовал, что такое играть в сборной России. Было здорово.

ДВА «ГОРЧИЧНИКА»

— От выступления за «Динамо» у вас остался осадок? Команда опустилась в ФНЛ…

— Конечно. Последние матчи за «Динамо» — в памяти один сплошной негатив… Было тяжело. Трудно перестроиться. И потом в отпуске тоже настроения не было. Понимал, что нужно что-то менять. Поступило предложение от «Спартака» — не раздумывая согласился.

— Нашли для себя ответ, почему «Динамо» не смогло удержаться в Премьер-Лиге?

— Забитых голов не было. Ребята выкладывались на сто процентов. Но где-то не везло. Возможно, нужно было еще поработать на трансферном рынке, кого-то подписать. А команда не усилилась. И теряла очки в матчах с серьезными соперниками, и в играх с аутсайдерами…

— Этот отрезок был одним из самых непростых за карьеру?

— Да. Мы все время уступали. И я не понимал: как так?.. Почему мы постоянно проигрываем?! Было тяжело. После каждого поражения шел на тренировку, и настроения вообще не было, как и у всех ребят..

В «Динамо» от меня требовали результатов. Я стал выходить в основном составе. Должен был и забивать, и отдавать передачи. Но в такой команде, которая находится на грани того, чтобы вылететь, это сложно сделать. Понятно, что если выступаешь в клубе, где большинство футболистов — игроки своих сборных, то намного легче. Как, например, Александр Головин в ЦСКА. Рядом с ним и справа, и слева, и впереди играют ребята-сборники. Там отдашь простой пас, и тебе говорят: «Молодец!» А если в «Динамо» сделаешь простую передачу, тебе скажут: «Неправильно поступил. Должен был отдать мяч вперед…» Вся разница в том, в каком клубе ты играешь.

— Как вам в «Спартаке»?

— В «Спартаке» играю с опытными ребятами. Мне подсказывает Денис Глушаков: «Сдвинься в сторону… Опустись, отойди назад…» Это очень помогает.

В «Динамо» в последнем сезоне у меня мало что получилось. Забил не много и отдал всего три–четыре передачи. Но мне на тот момент был всего лишь 21 год. А тренеры подходили и говорили: «Ты должен тащить команду за собой…» Естественно, у меня, у одного из самых молодых игроков, ничего не получилось, как ни старался. Надеюсь, в «Спартаке» все будет по-другому.

— Вы за карьеру постоянно считались «молодым и перспективным»…

— Был в моей карьере момент, после которого многое пересмотрел. После этого стал прогрессировать. Это игра с «Наполи».

— Почему?

— В конце первого тайма при счете 1:2 получил вторую желтую карточку. Несмотря на это, Черчесов выпустил меня в следующей игре на замену. Он продолжал верить в меня. Хотя другой тренер мог бы сказать: «Ты удалился на сорок пятой минуте, все, давай, иди, отдыхай. При мне играть больше не будешь». Спасибо Станиславу Саламовичу.

— За что вы удалились в игре с «Наполи»?

— За фол… Если вообще говорить о матче, то я не должен был играть. В стартовом составе выступал Денисов. Но он почувствовал себя плохо, и за два часа до начала встречи мне сообщили: «Готовься к выходу на поле». А я полтора года вообще не играл… Дебютировал в «Динамо» в восемнадцать лет, потом два сезона «отдыхал» — появлялся на газоне на пять–десять минут.

Матч с «Наполи» был на стадии одной четвертой Лиги Европы. Сами понимаете, какие футболисты играли в итальянском клубе. Конечно, меня «затрясло». В целом-то действовал неплохо, но эти две желтые карточки все испортили. Весь негатив после поединка, естественно, вылился на меня.

— Как справились с этим?

— Благодаря отношению ко мне в команде ничего не чувствовал. Это потом мне уже начали говорить знакомые: «Там тебя в Интернете все специалисты обсудили…» А мне и не было дела. Мне тренер доверяет. С того времени стал чувствовать себя уверенно. Это помогает прогрессировать.

СВОЙ

— Какие у вас ожидания от нынешнего сезона?

— Жду побед в каждом матче. Поэтому — только вперед! Нужно становиться чемпионами.

— В понедельник «Спартаку» предстоит сыграть с «Крыльями Советов»…

— Нам необходимо обыгрывать эту команду. Главное — не допустить недооценки соперника. Самарцы в прошлом сезоне сохранили себе место в Премьер-Лиге. Тренер работает с клубом уже долго. Нам предстоит серьезная игра. В каком настроении выйдем на эту встречу, как подготовимся, так и проведем ее…

— На сборах вы сказали, что пока еще не чувствуете себя свои в команде. Сейчас ваши ощущения изменились?

— Когда играешь, быстрее адаптируешься. Уже стал чувствовать, что нужен команде, что приношу ей пользу.

— Вы начали готовиться к сезону раньше других — еще вместе с «Динамо».

— Да, можно сказать, даже не терял форму. Сезон завершился в конце мая, отпуск был всего десять дней. И я в это время тренировался. А с шестого июня возобновились занятия. Это зимой длинный отпуск. А летом — короткий. Дмитрий Анатольевич сразу нам сказал: «Вы не успеете оглянуться, как начнется сезон». Так и получилось. Месяц пролетел очень быстро.

РОБЕРТ И РАМИНА

— Вас не было дома практически весь июль. Как сын встретил папу со сборов?

— Роберт меня, конечно же, не узнал. Посмотрел, будто говоря: «Ты кто?.. Что это за человек здесь?..» Он уже очень вырос. Недавно ему исполнилось три месяца. Стал вставать на ноги. Но пока — с помощью наших рук. Уже ест морковное пюре. И еще брокколи. Но она ему не нравится. И я его понимаю. Кому она вообще нравится?

— Забавно. На кого Роберт больше похож?

— На меня. Это сразу было видно. Жена немножко ревнует. Говорит: «Роберт — копия папы!» Так что следующей должна быть девочка. И пусть будет похожей на Рамину.

— Как вы познакомились с супругой?

— Когда еще играл в Тольятти. Рамина пришла на футбол — смотреть матчи второй лиги. Мы, игроки, говорили между собой: «Смотри, какие девчонки пришли». Мне понравилась Рамина. Написал ей в социальной сети.

— А как узнали имя и фамилию?

— Найти Рамину в Интернете мне не составило труда, потому что там все друг друга знают. А сейчас мы с женой вместе уже четыре года. Конечно, Рамина немного ревнует меня к игре. Но перед тем, как сделать ей предложение, сказал: «Футбол для меня на первом месте. Я стремлюсь только наверх. Готова ли ты терпеть все мои отъезды, то, что все эмоции отдаю работе?..» Для меня как для человека, который всю жизнь болен футболом, очень важно, чтобы моя семья понимала, как для меня важна игра. Рамина согласилась. И мы продолжаем искать пути, на которых и ей комфортно, и мне.

— Супруга разбирается в футболе?

— Сейчас — да. А когда только познакомились, то не очень им интересовалась. Ведь как обычно девушки ведут себя на стадионе? На поле не смотрят, только в экран мобильного: фотографируются, переписываются. Так и у нее было. А теперь, естественно, она сильно переживает. Смотрит все игры. Постоянно спрашивает, как мне в новой команде. Все, о чем не могу рассказать партнерам, обсуждаю с ней, советуюсь. Она меня поддерживает. Говорит, как поступить в той или иной ситуации. Очень помогает.

— Что вы привезли семье со сборов?

— Рамине — конфетки, шоколадки. Она их очень любит. А Робику — мишку. У него в них уже вся кровать. Собираем ему коллекцию. Привожу по медведю из каждой поездки. Чтобы защищали его, пока папы дома нет.

Дотком

Записи Alpha-Manager