Самый титулованный главный тренер в истории московского «Спартака» Олег Романцев вспомнил вместе с корреспондентом агентства «Р-Спорт» Анатолием Самохваловым события шестнадцатилетней давности, когда «красно-белые» в последний… нет, уже в предыдущий раз стали чемпионами России.

Лучшая полузащита Европы

— Олег Иванович, если бы вам в 2001 году сказали, что следующего золота ждать шестнадцать лет, что бы вы ответили?

— Я бы посмеялся над этим человеком. И разговаривать с ним бы не стал. Нонсенс, когда команда, имеющая многомиллионную армию болельщиков, делает такие перерывы между титулами. Она не имеет на это право. Нужно думать о болельщиках, а не о каких-то своих делах. Должен был «Спартак» завоевать золото гораздо раньше, но ничего страшного… Наконец-то я дожил до этого дня.

— В тот год катастрофы ничто не предвещало?

— Конечно нет! У нас была хорошая команда.

— Селекция в тогдашнее межсезонье, по вашим словам, состояла из «находок» – Игора Митрески, Джафара Ирисметова и даже Антона Монахова. Помните, кстати, кто это такой?

— Нет. А Митрески помню хорошо. Игрок сборной Македонии, хороший парень.

— «Очень умный последний защитник». Ваши слова.

— Да, и потом я в этом удостоверился. И умный, и боец. Ну, он не был последним защитником. Мы пытались играть в «линию» с отходом одного из центральных защитников. (Юрий) Никифоров и (Виктор)Онопко – кто из них последний, а кто передний? А я вам скажу: никто до сих пор не знает. По моменту то один, то второй оказывался позади другого.

— Зонная оборона в нашей стране только прививалась в те времена.

— Да у меня чистых последних защитников не было никогда, все они при мне иногда забивали не меньше, чем нападающие. Первое требование к защитнику – первый пас. Отбор – важная деталь, но первый пас – обязательная. Чтобы атакующую группу мог сразу отрезать этим самым первым пасом. Футболист, который играл поперек/назад/на вратаря, у меня не задерживался.

— Кто был лучшим центральным за всю историю романцевского «Спартака»?

— Все. Говорил, говорю и буду говорить: для меня они все — лучшие. Все ребята, которые у меня играли – отличные защитники.

— Вам приписывали слова «Было бы у меня десять Никифоровых, я бы выиграл Лигу чемпионов».

— Не помню такого, но… Десять Онопко было б у меня – тоже бы выиграли. А десять Титовых? Сто процентов бы победили! А десять Цымбаларей? То же самое! Вообще мог я такое сказать. Видимо, Юрка великолепно сыграл, я от души и высказался.

— Центр средней линии держался в 2001-м на Егоре Титове.

— Егор был ведущий игрок в том сезоне. Если брать девяностые, то под ним еще был Андрей Пятницкий, который зачищал все огрехи и сам мог атаковать. Тогда у нас была лучшая полузащита Европы. И это не я сказал, а Отто Рехагель.

Калиниченко был лидером, но на место Титова не претендовал

— В 2001-м под Егором был Виктор Булатов.

— Витя — очень надежный хав, который был нам очень нужен именно в тот момент. Булатов играл невероятно дисциплинированно. Скоростью не обладал, отбором – тоже. Но мозги были замечательные, расставлял соперника хорошо, первым пасом владел. А Титов перед ним – это вообще здорово!

— Растили вы тогда Максима Калиниченко, и в очередной раз вернулся в команду Артем Безродный. Оба далеко не всё реализовали в своей карьере…

— На сто процентов согласен. Калиниченко был одного амплуа с Титовым, но Егор твердо занял свое место. Я уговаривал Максима: «Давай, справа поиграй». И он классно играл правого хава. Но ему не нравилось. И он не стал крайним, видел себя только в центре, а на место Титова он не претендовал. Возможно, и я чего-то не досмотрел в нем.

— Калиниченко и Титов были равны по таланту?

— Одинаковы в этом плане. Хотя Титова я ставлю выше всех.

— Чего-то основательного не хватило Калиниченко, ведь играл он за «Спартак» и после вас?

— Он по натуре — лидер. Если он хотел играть под нападающими, то хотел этого до конца. Очень талантливый пацан, который мог играть в любой команде на любой позиции, но решил, что его позиция лишь одна, и в итоге он не реализовал себя.

— Безродный – разочарование?

— Да не-е-е-е-ет. Артем… как это правильно сказать… был не от мира сего. Можете себе представить: у нас завтра игра, Безродный в основном составе, а мне говорят: «Безродный в Киев уехал, там у него что-то в семье». Уехал один на машине. Ой, я его не выгнал тогда, я его простил. Ненадежный он был парень. Просто ненадежный.

— Однако приняли вы его во второй раз.

— Да я бы его принял и в третий, и в четвертый. Он – талант. Ну, бывает всякое в таких людях, талантливые игроки все со своими бзиками. Вопрос ведь стоял просто: хочешь ты быть великим футболистом или не хочешь? Артем не захотел. Но мог им стать, если б не чудил.

— Он же тоже был из категории «под нападающими», но, бывало, выходил форвардом.

— В основном он играл левого хава со смещением в центр. Но у нас такие хавы были, что не поймешь – кто центральный, кто крайний. Взаимозаменяемые. Поэтому они и были лучшей полузащитой Европы. У нас не было четкого распределения позиций, тот «Спартак» играл в тотальный футбол. Онопко и Никифоров были центральными нападающими, а Титов шел в подкат в своей штрафной площади. Команда была непредсказуемой. Меня несколько раз критиковали за игру с одним форвардом. Я отвечал: да нет, у меня их восемь было, форвардов. Просто я протокол заполнял так: графа защитники – вписываю Иванова, Петрова, Сидорова; полузащитники – этот, тот и другой; нападающие – включал кого-то одного. А журналисты, которые футболом никогда не занимались, видели бланк и писали: о, у него один нападающий, это пораженческая стратегия! А у меня атакуют восемь! И защищаются, кстати, тоже восемь.

«Мог я глупости сказать. Прошу прощения у ребят»

— На Ирисметова сильно рассчитывали?

— Ну, рассчитывал. Но не все получилось.

— Не соответствующего уровня был?

— Думаю, да. В Европе он вряд ли бы себя проявил. А почему вы про Ирисметова спрашиваете?

— Он пришел к вам в 2001-м году, вы его тоже находкой назвали.

— Я хорошо к нему отношусь. Расскажу историю. Приехал к нам в самом начале девяностых из бакинского «Нефтчи» Велли Касумов. Очень хороший нападающий, много забивал у себя на родине, но с нашими хавами никак не мог найти общий язык. Сыграл шесть матчей, ничего не забил, попросился в «Динамо» и стал там лучшим бомбардиром страны. Очень рад я был за него.

— А в «Динамо» никто не понял Юрия Гаврилова.

— Бесков про него говорил: «Раньше ты кто был? Гаврилов. А сейчас (в «Спартаке») ты кто? Гаври-и-илов!». Каждому нужна его, своя команда. Я сколько раз говорил (Дмитрию) Сычеву: «Да не твоя команда «Марсель». Но нихрена, пошел и… пропал. Сычев… Я впервые пришел в «Спартак» в 1976-м и почувствовал, что не мое. Играл в основном составе, но с теми игроками меня ничего не связывало. А когда второй раз приехал в «Спартак», я был готов сидеть даже в запасе! Моя команда. Интересная. Откроешься – тебе всегда пас дадут. Получишь травму – к тебе ребята подбегут, поддержат. Никто никому не завидовал. Тогда я решил, что «Спартак» — это моя команда и отсюда я никогда не уйду. Добрейшая атмосфера на тренировках, в отличие от напряженки при первом визите.

— Лигу чемпионов сезона-2000/01 помните?

— Ну-ка напомните, а то мы регулярно играли в Лиге чемпионов, могу запутаться.

— Ориентир – легендарный матч второго группового этапа «Спартак» – «Арсенал» (Лондон) — 4:1.

— Это раньше 2001-го было.

— Ноябрь 2000-го.

— Играли мы здорово, а больше всех мне понравился (главный тренер лондонцев) Арсен Венгер, который на пресс-конференции ответил на вопрос «Вам, наверное, поле помешало?» так: «Да нет, поле было одинаковым для обеих команд».

— А на первом групповом этапе вы обыграли мадридский «Реал» со счетом 1:0. Титов пробил, и мяч рикошетом от Жереми зашел в ворота соперника.

— Такое ощущение, что не играли мы с «Реалом» в 2000-м. 3:1 в Мадриде помню (Кубок чемпионов – 1991 год), 2:1 в Москве (Лига чемпионов — 1998 год) помню, а… честное слово, забыл. Хотя постойте, осень?

— 7 ноября.

— Тоже не очень хорошее поле было. Но победили мы по игре. Хотя после поражений от «Спартака» в Лиге чемпионов все тренеры, кроме Рехагеля и Арсена, пытались валить на поле. Ну, кто мы для них были? «Спартак», страна не ведущая в Европе…

— А потом вы попали под каток «Лиона» — 0:3.

— Это был не каток, а совсем другие дела. Мы были выжаты после участия в четырех турнирах. Нас заставляли играть в Кубке Содружества, вместо сборов мы занимались этим. А футболисты были у меня еще пацанами, не с такими уж сильными организмами. Были б мы в порядке, никуда бы этот «Лион» от нас не делся.

— На Евгения Бушманова тогда вы сорвались?

— Не помню. Это Женька сказал?

— Фраза про «отработанный материал» вроде как была. И Валерию Кечинову с Андреем Тихоновым предназначалась.

— Мог я глупости сказать. Прошу прощения у ребят. В той ситуации что угодно мог выпалить. Я не прав был.

— Бушманов ваш игрок ведь был.

— Хороший.

— Чемпионат России-2001 в памяти остался?

— Напомните.

— Золото вы взяли в матче с «Зенитом», когда Андрей Аршавин забил на третьей минуте, а вы ответили тремя голами — Титова, Василия Баранова и Дмитрия Парфенова.

— Нет, не припоминаю, но тогда ведь как было: чемпионат начинается, а все уже знают, что мы — чемпионы. И соперники, и мои футболисты. Знаете, как тяжело их поднять на борьбу, когда в головах «я – чемпион»? По играм, по тренировкам, по характеру они знали, что проиграть мы не можем. И я не понимал, как с такими ребятами можно не победить.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: Р-Спорт

Записи maksspartak