Интервью экс-футболиста костромского «Спартака» Николая Вдовиченко

В 1959 году к великому множеству футбольных «Спартаков» в СССР и за его пределами добавился ещё один — «Спартак» из Костромы. 2019 год должен был стать для клуба юбилейным. Должен был, но не станет, ведь лёгкая на решения чиновничья рука решила прекратить существование футбольного клуба накануне его шестидесятилетия, в 2018 году. В тот год, когда в стране царила атмосфера праздника из-за впервые проходящего у нас чемпионата мира по футболу, Кострому этот же самый футбол покинул, а вместе с ним и последний профессиональный клуб.

В регионе, который гордо именует себя «ювелирной столицей России», не нашлось денег на команду второго дивизиона. Весь спорт отныне завязан на секциях и спортивных школах, а дети после их окончания лишены возможности попасть в профессиональный футбол. Дядя в кабинете так решил. Решил, что детям это не нужно, решил, что может убить историю клуба, которую создавал не он. Решил, что проще ликвидировать клуб, чем решать его проблемы, создавать ориентир здорового образа жизни, дать детям цель и возможность.
Некоторые могут мне возразить: «Легко говорить, а ты возьми и найди деньги». Для таких людей, а также для тех, кто просто переживает оттого, как легко в нашей стране убивают профессиональный спорт, мы взяли интервью у непосредственных очевидцев события — игроков клуба, тренеров, болельщиков. Первым героем нашей серии материалов стал Николай Вдовиченко.

Николай Вдовиченко
Игрок ФК «Спартак-Кострома» в 2017-2018гг
.

Мы играем в любимую игру, перетерпим, переждём, жить есть где, кормили нас.

Я пришёл в команду в августе 2017 года по ходу сезона и был до закрытия клуба. Сейчас играю в брянском «Динамо», конечно, с большим удовольствием остался бы игроком «Спартака», но, к сожалению, клуба не стало. Я много команд повидал, но про костромской «Спартак» хочется сказать только самые лучшие слова, потому что благодаря тренерскому штабу была создана добродушная семейная обстановка. С финансами у нас не всё было благополучно, но мы всё равно выходили, играли. Огромную признательность хочется высказать тренерам, которые создали боевую единицу, которая была объединена одной целью и билась. У нас был сумасшедший коллектив! Мы жили на базе, нам не давали квартиры, и мы реально были как одна большая семья. Я с таким практически нигде не встречался. Сейчас ребята разъехались, и мы в общем чате общаемся, очень дружный коллектив был. Мы выходили на поле и бились за имя, за костромской «Спартак», по сути, без денег, потому что ни одной премиальной мы не получили. Я сталкивался с задержками по зарплате в других клубах, там люди бастовали, не выходили на тренировки, а здесь атмосфера совершенно другая была. Ребята всё понимали. Мы играем в любимую игру, перетерпим, переждём… Жить есть где, кормили нас.

Президент обещал, что поля нам почистят от снега, но никто не чистил, и мы сами ходили с ломами, с лопатами чистили поле от снега

Я пришёл в команду под закрытие трансферного окна и в течение двух месяцев зарплату по сути не видел. Парни говорили, что такое уже раньше бывало, мы начали «шуметь», письма писать. Движения начались, поменялся президент клуба, зарплата стала платиться вовремя. Вроде бы сказали, что всё будет нормально, но… улучшения были только в том, что стали вовремя платить зарплату.
Зимних сборов у нас не было. Президент обещал, что поля нам почистят от снега, но никто не чистил, и мы сами ходили с ломами, с лопатами чистили поля от снега. Я был в ФК «Оренбург», ФК «Камаз», ФК «Олимпиец» и с таким я не сталкивался, что футболисты сами себе чистили поле, но мы просто понимали, что если мы этого не сделаем, то этого никто не сделает. Мы любим своё дело и хотим им заниматься, потому все парни приходили по очереди чистили для себя поле. Другого выхода у нас не было.

Руководство за весь сезон нам не выплатило ни одной премии за победу, прописанные контрактом

Руководство за весь сезон нам не выплатило ни одной премии за победу, прописанные контрактом, а зарплаты — небольшие. У молодых парней заплаты были по 15-20 тысяч, у ребят постарше 40 тысяч, но это потолок. Мы не такие гигантские деньги зарабатываем, а тут ещё задержки по 2-3 месяца. Многие ребята взрослые, у всех есть семьи… Это тяжело. Всё-таки футболисты играют за премиальные, надеясь, что за победу им заплатят, а тут мы отыграли сезон впустую. Когда в мае, после последнего матча разъезжались, Ченцов [прим. президент клуба «Спартак-Кострома»] сказал нам, что в течение 3-4 недель все деньги перешлют. Никто нам ничего не переслал. Несколько ребят подали в суд, дело выиграли, суд обязал выплатить премиальные. Многие, конечно, понимают, что дело идет к тому что нас хотят, мягко говоря, «кинуть» и ничего не платить. Все расстроены, мы же выходим играем, здоровье своё оставляем. Деньги небольшие, конечно нам бы хотелось их получить. Всё равно надежда умирает последней, надеемся, что власти Костромы исполнят свои обещания и выплатят деньги, которые нам были обещаны и которые были честным трудом заработаны.

Президент клуба добавлял игроков в чёрный список, и ему не могли дозвониться

Непросто приходилось, благо жена правильно относилась, понимала всю ситуацию, ультиматумов не ставила. И, несмотря на это, мы заняли 5 место, а могли быть и выше. Ребята понимали, что у нас у всех будет карьера продолжаться, нужно зарабатывать себе имя, для того чтобы переходить в более сильные клубы, и потому мы руки не опускали, в каждой игре выходили, бились до последнего, старались набирать очки.

Руководство клуба на контакт не шло. Доходило до смешного: президент клуба добавлял игроков в чёрный список, и ему не могли дозвониться. Отгородился от нас полностью. Когда мы тренировались зимой, у нас не было разогревающей мази, и он даже такие вопросы не решал. Не было тейпов, хорошо у меня есть друг в Премьер-Лиге, я ему позвонил — он выслал коробку тейпов, коробку подтейпников, огромное ему спасибо. Чем должен обеспечивать профессиональный клуб, мы сами себя этим снабжали. С простыми вопросами обращались — ноль помощи. Говорили: «Купите нам никофлекса (разогревающая мазь), не можем сами, денег нет», а это оставалось промеж ушей. Вот один раз выделил деньги на медикаменты, но там было по минимуму — рибоксин, пластырь и то всё под счёт.

Или ещё случай. У нас был выезд, но у клуба не было денег на гостиницу, и мы поехали в день игры. В 6-7 утра выехали на автобусе из Костромы, буквально час на стадионе побыли и вышли на игру. При этом после 7 часов дороги мы показали неплохую игру и сыграли 0-0 с «Казанкой». А у них команда хорошая, обученная, ребята — воспитанники локомотивской школы. Тот же Тугарев, который против нас играл, сейчас в основной команде, Галаджан в «Оренбурге»…

Ченцов нас собрал, сказал, что перед нами все обязательства выполнят

Изначально, когда сменился президент, казалось, что всё будет лучше, потому что у нас наладилась зарплата, а потом поползли слухи. Позже Ченцов нас собрал, сказал, что перед нами все обязательства выполнят, клуб останется юридически, но будет не в профессиональном футболе.
Вообще, у нас с ним изначально не заладилось, он человек военный… Нефутбольный — это уже минус, ведь человек не понимает всей специфики. Например, было второе собрание, кто-то ему сказал что-то против, своё мнение высказал, а он начал на нас орать. Мы высказываем своё мнение…

Я был во многих командах, и там бывало, что когда команда выигрывает, то руководитель заходит: «Ребята, молодцы!», мы ведь отстаиваем честь города, честь региона! Эти же руководители этого не делали. Мы выигрывали — всё хорошо, проигрывали — всё равно. Такое ощущение, что команда была брошена. Команда нужна была только тренерскому штабу, который чуть ли не на голом энтузиазме держал команду. Может быть, этого Ченцова поставили — не для того чтобы спас команду, а потихоньку подвёл к тому, что на профессиональном уровне она исчезла, под закрытие.

В Костроме сейчас рядом с полем, где мы тренировались, построили манеж, в котором можно зимой работать, а команды уже нет. Недавно на одном турнире общался со знакомым, он тренирует в детской школе. Он говорит, что детям некуда расти, нет профессиональной команды! Зачем им заниматься футболом? Многие уходят в другие виды спорта. Профессиональная команда давала возможность играть в футбол и зарабатывать на этом хоть какие-то деньги. Тем более уровень был хороший, много игроков, поигравших в клубе, заиграли в ФНЛ и Премьер-Лиге. Из свежих примеров — это Анзор Саная, играл в «Оренбурге»; Максим Тишкин, засветился в «Уфе». А если ты из любительского футбола, то на тебя в профессиональных клубах не будут даже смотреть.
Печаль, что в год чемпионата мира у нас закрываются команды, да ещё команды с историей!