Не знаю, где как, а на нашей северной рабочей окраине среди младшей возрастной группы не было музыкального коллектива, более, так сказать, овеянного легендами и покрытого скандальной славой, обросшего всяческими слухами и домыслами, нежели вокально-инструментальный ансамбль KISS (США). И что играют они самый настоящий, великий и ужасный «хэви-метал». И что на самом-то деле название расшифровывается как «Kinder SS» (дети эСэС), и что правильное написание букв S – характерное угловатое такое, ну вы поняли.  И что на концертах специально приставленные и обученные люди расстреливают зрителей из пулеметов, а сами музыканты на завтрак питаются не иначе, как кровью юных пионеров из Советского Союза, которых ЦРУ для этой цели выкрадывает и переправляет за рубеж. И что за прослушивание записей ансамбля, а уж тем паче – их распространение, а также нанесение названия коллектива шариковой ручкой на эмблему на школьную форму в лучшем случае полагается постыдное изгнание из рядов пионерской организации и постановка на учет в детскую комнату милиции. В худшем – исключение уже из школы, преследование по линии Уголовного кодекса и далее, при наличии отягчающих обстоятельств, вплоть до высшей меры наказания.

Соответственно, у многих юных любителей современной популярной музыки не было мечты большей, нежели заполучить в свою коллекцию этих самых «Киссов». Но как это сделать?

Для начала, необходимо было найти проверенного «сидера». То есть, не просто обладателя вожделенной записи, но и готового преступить Закон ради крепкой мужской дружбы. Затем подготовить свободную кассету. И наконец – переписать, что тоже было непросто. «Переписать» — значит, нужен был второй магнитофон, однако «вторые копии», полученные при помощи «Весны» или «Электроники-302» оказывались явно не лучшего качества, с учетом того, что и «первая» копия «первой» являлась очень условно. Или искать обладателя «двухкассетника», готового пойти на сделку с совестью. Но «двухкассетник» — он по определению японский, и ни один нормальный его владелец с целью сбережения «головок» не ставил в него кассеты отечественного производства. А кассета японская – это уже 9 (девять) рублей в магазине «Культтовары», то есть – сумма. Для сравнения – чтобы сэкономить на завтраках по 25 копеек обычному школьнику потребовалось бы голодать более двух месяцев.

Короче, как сейчас бы сказали – логистика процесса была довольно сложна и весьма финансово накладна, так что зачастую мечта так и оставалась мечтой. Но однажды…

Но однажды наставник нашей секции самбо Дмитрий Владимирович Серпорезюк перед началом занятия сделал важное Объявление. Которому было суждено иметь далеко идущие последствия.

Суть Объявления заключалась в том, что в ближайшую субботу в одном дружественном нам клубе на Дмитровке должно было пройти мероприятие под названием «Открытый ковер». Для старшей возрастной группы. Но и младшим товарищам дело тоже найдется. Но не всем, а только лучшим. Потому что лучшие смогут попробовать себя в качестве арбитров, что будет полезно для них с очень многих точек зрения. Испытать на своей шкуре, каково это, проникнуться духом, набраться опыта и так далее.

«Много званых, да мало избранных». И от нашей группы Вызов получили один будущий автор и коллега Черский.

За коллегу Черского не скажу, а я лично подошел к делу более чем серьезно. И в тот же вечер, окрыленный высоким доверием, скатал в специализированный «Дом спортивной книги» на улице Сретенка и там, потными от волнения ладошками, приобрел брошюру «Правила проведения соревнований по борьбе самбо».

И уже на следующий день, еще даже до 25-копеечного завтрака вызубрил ее так, как не зубрил более ничего и никогда. Вплоть до того, что «Система вентиляции в зале должна обеспечивать не менее чем трехкратный обмен воздуха в час», о чем и помню до сих пор.

Характерно, что еще через день все мероприятие чуть не оказалось сорванным по причинам весьма прозаическим. Февраль 86-го года выдался ярким, солнечным, недаром именно тогда прошел решительно изменивший судьбу Родины 27-й съезд КПСС, перестройка там, гласность, все дела, может, слышали. А для нас лично хорошая погода обернулась тем, что в качестве разминки Дмитрий Владимирович выпускал нас на улицу маленько погонять в футбольчик. Совмещенно с пробежкой, поэтому мы играли не на площадке прямо нашего Клуба, а бегали на хоккейную коробку в одной остановке автобусной. Коробка, кстати, сохранилась до сих пор, маленькая такая… а тогда казалось – прям огромных размеров, вот поле футбольное почти!

Короче, в один прекрасный день настало время окончательно определить «Зимнего чемпиона», а также разыграть ряд индивидуальных призов, типа лучшего снайпера, лучшего распасовщика и тому подобные трофи. Ну и пошло-поехало: сперва на Первенство, потом на Кубок до двух голов, потом на Суперкубок до гола… а потом еще легкий спарринг стенка на стенку после обсуждения спорного эпизода с силовой борьбой у борта, а потом после одного подката, а народ подготовленный, не ниже второго юношеского, а потом еще раз…

Короче, спохватились мы, когда уже на улице начало ощутимо смеркаться. А смеркается в феврале – это уже давно шестой час вечера, а у нас, на минуточку, начало тренировки – в 16.00. Ну, тут уж все «зимние чемпионы» и «лучшие снайперы» понеслись в Клуб со всех ног, но куда там. Прибегаем, все запыхавшиеся, да там уж старшая группа вовсю переоделась и разминается.

Вот так примерно мы бежали

Ничего не сказал нам Дмитрий Владимирович, что завсегда было худшим наказанием. Только головой покачал…

Но, к счастью, никаких оргвыводов, помимо «сотни канатов» и «по тысяче подтягиваний и отжиманий» (на каждого, а не на команду) не последовало, и от грядущего судейства мы с коллегой Черским отвода не получили. Что, считаю, стало высшим проявлением Мудрости, всегда Дмитрию Владимировичу присущей.

Далее встал еще вот какой вопрос. Надо же было правильно экипироваться для арбитражных действий!

Это сейчас у судей такие красивые комбинезоны с разноцветными рукавами, а тогда мы такие только если «на Москве» видали! Да что комбинезоны…

Старший ребенок однажды спросил, как мы в свое время правильно «обмывали», так сказать, новую куртку для самбо. Дескать, заметил любознательный ребенок, у нас правильно – чтобы тебя в этой куртке все по очереди на ковер бросили, вот тогда будет удача и фарт.

Мой ответ его несколько шокировал.

Никак. Не было у нас «новых курток». Жили бедно, но чистенько, потому большинство так в одной куртке и проходило всю спортивную карьеру. Бралась «с запасом» и «на вырост», так что сперва рукава как у Пьеро висели до полу… А потом уже – как у Арлекина, до локтя. И никаких особых примет для новой амуниции не выработали по причине крайней редкости такого события.

Но ничего, выросли людьми, и вас родили, и вот воспитали на свою голову… но мы отвлеклись.

Короче, реализована была следующая высокохудожественная задумка. Найдена в дальнем углу антресолей рубашка синего цвета, которую я терпеть не мог за «колючий» воротник из «ацетата» или чего-то в этом духе, сейчас из такого синтетического говна уж и не шьют ничего, а тогда мать ужасно обижалась, что я ее не ношу, а она за ней в «Детском мире» два часа отстояла. Но теперь рубашка срочно понадобилась, и была вынута из шкафа и даже собственноручно поглажена. Поверх рубашки был надет свитер, а рукава свитера закатаны до локтя. И на одну руку вниз накручена повязка «Народный дружинник», используемая для дежурств в школе. Получилось что надо: одна рука «синяя», другая «красная», атас! «Превратил татами в подиум», одним словом. И, изнемогая от волнения и чувства собственного судейского величия, в субботу поехал в дружественный нам клуб на Дмитровке.

Что касаемо коллеги Черского, то он отнесся к делу с заметно меньшей социальной ответственностью. В частности, прибыл на ответственное мероприятие по высокой моде, принятой среди пацанов родного Отрадного. То есть, на тренировочном «адидасовском» самостроке.

Что ж, «не путайте моду со стилем». И после короткой предматчевой установки, где нам еще раз напомнили о высоких ответственности и доверии в целом, и о том, сколько баллов дается за тот или иной бросок в частности – меня отрядили арбитром на ковер, а коллегу Черского – «боковым», на приставной стульчик.

И потекли суровые судейские будни.

В принципе, первые схватки затруднений не вызвали. Я помаленьку втянулся, дело, в общем, нехитрое, стой себе, посвистывай, на пальцах оценки показывай, после схватки напоминай соперникам поблагодарить не только себя за отличное судейство, но и друг друга за честную борьбу. Ну и еще следи за трехкратным обменов воздуха в помещении. Наконец, настал черед крупных весовых категорий, и от нашего Клуба на ковер был вызван спортсмен Александр Лукьянов, а в качестве соперника – представитель принимающего клуба.

Характерно, что я в своей жизни знал трех человек по имени Александр Лукьянов, и еще одну Лукьянову Александру, и все – люди в высшей степени достойные. А один – так и вовсе Олимпийский чемпион!

Сайд-стори. Да, да, Олимпийский чемпион Монреаля-76, рулевой академической гребли Александр Викторович Лукьянов! А его бронзовую медаль из Сиднея-2000 сам держал в руках! И не только ее, а еще и СпецПриз чуть ли не от Её Величества как самому возрастному участнику Игр, ему 52 года тогда было уже, потому что не было более Великого Русского Рулевого, чем А.В.Лукьянов! Это только со стороны кажется, что сиди да покрикивай – нет, от него очень многое зависит! Ну как в футболе – от тренера, например. Команда ведь без тренера не может играть, верно? Ну так и вот.

Они с отцом в одном клубе «Водник» вместе начинали, оттуда и знаю.

У Лукьянова в молодости прозвище было – «Мешок». Откуда взялось? Вопрос практически на уровне «Что? Где? Когда?», минута на размышление пошла.

Музыкальная пауза.

А теперь – правильный ответ.

Рулевой должен не только отлично рулить, но и быть очень легким, потому что это все-таки нагрузка на лодку. Однако для того, чтобы все были в равных условиях, и чересчур легким он быть не должен, а то некоторые додумались карликов специально брать и обучать, еще на заре вида спорта. Поэтому если рулевой не дотягивает весом до требуемых 50 кг (кажется, 50, но не суть), то ему дают – барабанная дробь! – правильно: дают мешок с песком на пять кило. Ну и перед стартом вся «восьмерка» разминается, настраивается, а рулевому ведь не нужно настраиваться и разминаться, вот он и слоняется повсюду без дела. Ну да, с мешком, куда ж его девать, судья-то проверяет на финише.

Возвращаемся на ковер №1 дружественного клуба на Дмитровке.

Схватка выдалась упорная, соперники были достойны друг друга, поэтому первые две минуты прошли в такой достаточно бесплодной толкотне и возне. И тут, согласно Правилам, Главный арбитр провозгласил:

— Судья на ковре, покажите «активность»!

Тогда посреди схватки, если счет 0:0 – показывалась «активность». То есть, кто «активнее» по мнению судьи – то как бы если так по нулям и закончится, то он и победит. Как бы мысленные пол-очка.

Не, ну я не слепой, конечно, маленько разбирался, что к чему. Видно было, что Санька нашего Лукьянова «возят», а он-то, в общем, больше оборону держит и сам «на бросок» и заходить не думает, но…

Но

«Но что такое честь офицера я хорошо знаю, на фронте этому быстро учили!»

Ясное дело, что без малейших колебаний «активность» была показана в сторону «красного» Лукьянова. После томительной паузы в буквальном смысле слова жопой я почувствовал, что и коллега Черский за спиной последовал примеру, все-таки он тоже был пацан, без сомнения, на понятиях.

 

 

В глазах главного судьи ковра мы прочли некое недоумение, дескать, не совсем понятное решение, мальчики, а из угла, где кучковались и разминались спортсмены дружественного Клуба, легонько прилетело что-то на уровне «Судья – пидорас!» Но, однако – два голоса против одного, «Судья поставил пенальти – значит, нарушение было», да и соревнование, в общем, было уровня междусобойчика такого, чисто старым друзьям встретиться, потрещать о том о сем, между делом маленько побороться, но тем не менее.

Это все ерунда, что судья мало что может сделать! Очень даже может. Опытный арбитр рулит ходом встречи, как дирижер своим оркестром, как режиссер Бондарчук артистами на съемочной площадке, точно вам говорю!

В общем, оказавшийся волею судьбы в качестве отыгрывающего соперник занервничал, а спортсмен Лукьянов наоборот, заметно приободрился. Соперник полез на прием, но совершенно неподготовленный, и тут же получил «контрик». Небольшой, но, в принципе, тянущий на единичный балл (не, ну тоже не всякий раз такое оценят, но – могут и оценить! И мы с коллегой Черским тоже оценили!) А вслед за тем и сам Сашок уже довольно качественно подвернулся, так что по поводу заключительных двух баллов вопросов уже не было ни у кого. Нет, в углу соперников еще маленько повозмущались, но – аргумент Главным арбитром им был приведен железобетонный:

— НАДО БЫТЬ ВЫШЕ НА ГОЛОВУ!

В общем, так и закончили.

А потом – а потом прошло недели две или три, и стремительно обрушилась Весна, она тогда еще приходила в марте, а не как сейчас, вместе с майским снегом…

И в один прекрасный день спортсмен А.Лукьянов (который наш, а не тогда уже Олимпийский чемпион Монреаля-76) пришел на тренировку и объявил, что стал обладателем собственного двухкассетника. И что все желающие из числа уважаемых людей могут обращаться к нему по такому поводу, и он даже готов щедро делиться своими записями!

Разумеется, объявление касалось уважаемых людей СТАРШЕГО возраста. Но, однако, заметив лютое разочарование в глазах представителя группы младшей, вдруг весело воскликнул:

— А, ТОВАРИЩ СУДЬЯ! Тоже музоном увлекаешься? И чего тебе?

Повторюсь, Александр Лукьянов был прекрасный человек. То есть, я абсолютно уверен, что он и так бы, безо всякого «админресурса», соизволил бы и снизошел… но… но мало ли! Ну вдруг!

(чуть слышно, дико робея от собственных слов) Сань, а KISS – есть у тебя?..

Вот такая была история

«Бог дает тебе рок-н-ролл»

(голосом Жеглова) Хэви-метал, это нет вопросов!

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Записи Mike Lebedev