Нелирическая история, возрастное ограничение 25+            

 

Обычный день. Весна. Апрель. Жарко. Нет, не по-летнему, но после зимы – конечно, и вместо снега и дождя – теперь пыль, висит в воздухе и как будто не дает дышать.

Нет. Не обычный день. Совсем необычный. Никогда такого не было. Такого и вообразить было нельзя. Ну, просто потому, что этого никогда не случалось с ними. С другими – сколько угодно, но не с ними…

Полуфинал. Еврокубок. Ответный матч. В гостях. После минимальной домашней победы. Минимальной, но «сухой», что уже неплохо. Тем более, что в гостях они в этом розыгрыше – только выигрывали. Да и соперник – ну, откровенно говоря, не слишком силен. Нет, в позапрошлом году тоже была «одна вторая», но тогда – сразу в Лужниках 1:3, и без шансов. А тут вот, вот он Финал – руку протяни…

Как-то дождаться вечера. Как-то скоротать день. Например, съездить в институт. На третьем курсе – это уже практически необязательно, но сегодня — надо. У профессора – смешная фамилия, Ширко, но это еще не рождает никаких ассоциаций. Зато он единственный, кто все еще отмечает посещаемость студентов, после чего делает для себя определенные выводы,  так что – полезное с полезным. Убить еще пару мучительных часов…

Днем встречается с Ней. На «Войковской», в его любимом парке. Да и ее тоже. Он почти не помнит деда, тот умер, ему и трех лет не было, но вот как они ходили с ним в этот парк – помнит…

Она старше. Старше, опытнее, а что самое главное – намного его умнее, и это хорошо.

— Привет!

— Привет! У тебя вид какой-то… все нормально?

— Да. Нет… Да… ну в смысле…

— Ты из-за футбола такой?

Она старше, а главное – единственная, кто его понимает. Почти.

— Нет. Да. Наверное

— Успокойся. Выиграете вы сегодня, куда вы денетесь!

Понимает. Но не в футболе. Им ведь даже и выигрывать не надо! Ну, на крайний случай. Ничья вполне устроит. Можно даже проиграть в один мяч, если удастся самим забить, и тогда – «гол на чужом поле»…

Не показывают по телевизору, вот что скверно. Ужасно. Никогда не любил смотреть «в записи», да и не смотрел. Счет ведь и так можно узнать. Просто когда смотришь в реальном времени – ведь как-то можно повлиять. Все смотрят. Нет, даже если миллионы будут смотреть – летящий в ворота мяч они ни за что не остановят. Но если все дружно выдохнут, что-нибудь выкрикнут – на пару миллиметров траекторию скорректировать можно. Иногда ведь и этого достаточно. А «в записи» — ну что, просто картинка на экране. Набор цветных пятен. На самом деле ведь все уже кончено… Почему, почему не показывают «в прямую»? Потому что днем?..

Еще несколько часов…

Жарко. Душно. Свитер красивый, но слишком уже теплый. Но это же Она ему подарила, надо было надеть… душно.

— Слушай! Новость отличная. Галка с Вовчиком квартиру сняли, она мне ключи может давать, когда надо…

Галка при ней – что-то вроде «страшной подруги». Ну или просто – подруги. А вот поди ж ты – вроде тоже обрела личное счастье…

— Ты меня слышишь?

— Да, да, конечно. Очень рад за Галку. Правда, не знаю, рад ли я за Вовчика…

— Понимаешь, о чем я? Еще раз: ключи от квартиры.

— А, да. Ну да. Отлично, конечно…

— Ты совсем со своим футболом чокнулся?

Совсем, да. На своем поле, конечно, две недели назад надо было все решать, моменты были, но как-то чересчур расслабленно, что ли. Соперник и в самом деле не ахти, зачастую это расхолаживает, транжирятся эпизоды, не забили сейчас, так забьем потом, а в итоге – всего 1:0, но главное, что не пропустили дома. А то с «Фейенордом» тогда, в гостях-то победили, и дома в счете повели, но как одну «дурочку» запустили – так сразу и задергались, ну понятное дело, еще одна залетит – и забивать тогда уже надо будет два, но закончилось все в итоге хорошо…

— Хочешь, прямо сейчас и поедем, ключи-то у меня!

— Что? А, нет… ну в смысле – да, но не сейчас…

Они познакомились… ну да, можно сказать, что и в «одной шестнадцатой», дома тогда сгоняли «по нулям» с каким-то люксембургским говном, хорошо что в ответке уже минуте к десятой все расставили по своим местам, и 5:1 в итоге… вообще весь тот сезон – только Она и Футбол, как-то синхронно…

Первый раз тогда показал ей, что это за чушь такая собачья – «футбол». Начали с конями неудачно, пропустили в самом дебюте. Долго потом «возили тачку» — а в середине второго тайма бац, и удаление Черчесова, «фол последней надежды», его как раз в тот год и учредили, и штрафной опаснейший, близко и почти по центру. И он весь сжался, потому что она смотрит так иронично, ну да, не надо в футболе разбираться особо, чтобы понять: сейчас будет ноль-два, и в меньшинстве им ни за что не спастись, ну вот, мало того, что связалась с малолеткой, так еще и поддерживающим какой-то слабенький спортивный коллектив…

Но чудо, чудо, это же неспроста, это потому что он Её притащил на стадион! Стауче парирует штрафной, а потом не только парирует, но и счет сравнивается… и не просто сравнивается, а Пятницкий забивает победный гол! И сразу прощается ему прошлый сезон, когда фактически его удар, тогда еще за «Пахтакор», поставил крест на чемпионских, так сказать, амбициях…

— Точно не поедем?

— А? А, не… ну не сейчас, в смысле.

«Ты свой футбол любишь больше, чем меня» — так она должна была бы сказать, и непременно сказала бы, если бы не была настолько умнее…

А потом – «Ливерпуль». И снова – всё чудесатее и чудесатее! Выходим вперед – гости сравнивают, еще раз вперед – и снова ничья, и комментатор уже не может выговорить «Манамакма… Макманама… в общем, крайний полузащитник ливерпульцев, ну вы поняли…» И тут – снова «фол последней надежды», определенно, это правило выдумали специально в нашу пользу, потому что и лимит замен у них исчерпан, хоть их теперь уже три, а не две! И пенальти напялившему вратарский свитер защитнику забиваем, и «под финальный свисток» еще один, для закрепления ощущений, так сказать!

И с «Фейенордом» тогда, да. Добрый знак – аккурат в день первой игры образовалась халтурка, машину на склад разгрузить с каким-то ширпотребом. А машину разгрузить, пусть и легкие коробки – но все равно, это не на полчаса работы, как сперва кажется… Долго бегали со склада и назад, на складе жарко, а на улице – холодно, пусть и весна, простудился в итоге…

Но зато – и денег заплатили, и менеджер мероприятия, классический «чурбан» такой, «Да, слюш, вот ишо, если хошь – натуральный оплат магу прэмией дать!» А какой оплат? А вот – бабский лосин, бэри, хадавой товар… у тя дэвк эсть? А размэр какой у нее? А откуда я знаю, какой размер, а, слуш – ну ты рукамы покажы! Ну вот так примерно… И смеется золотыми зубами: «Билят, это что – дэвк, ты не кормыш что ль ее савсем?!» Не, ну ты куда даешь-то такие здоровые, куда с такой жопой, туда две таких войдет, и рукава условно говоря совсем короткие, а у нее ноги длинные знаешь какие! И опять смеется: «Да, слюш, бэри пока дают, в жопе сядет после стирки, в ногах растянется!»

Ага, растянется. Куда там… «Слушай, спасибо, конечно… Но ты точно для меня их брал? Сюда вторую такую можно всунуть, а внизу – до коленок еле дотягивает! Ты, наверное, для кого-то другого брал, да?!» Хорошо все-таки, что она намного умнее!

— Ключи, да… нет… давай… в смысле – не сегодня….

— Может, поцелуемся хотя бы? Так, чисто для приличия?

— Да… само собой…

«ТЫ КАК БУДТО НЕ ЗДЕСЬ… КАК БУДТО ТЫ, НО ТЕБЯ НЕТ…»

Не здесь, нет… конечно. Там, на поле стадиона «Босуил», или как его там… всё, вроде начинают…

Можно ехать домой. Можно прислушиваться к сердцу. Но вроде не дрожит. Значит, ТАМ пока все нормально. Главное, ничего не знать. Не знать, и не слышать, пусть «в записи» потом, но хоть так… еще несколько часов… час – это шестьдесят минут, а в минуте – шестьдесят секунд, в нормальном состоянии сердце делает как раз один удар в секунду, тук, тук… вот, шестьдесят ударов – значит, минута прошла, но нет, оказывается, всего-то сорок секунд, то есть, состояние не-нормальное…

«ТЫ КАК БУДТО НЕ ЗДЕСЬ…»

И в автобусе вдруг какой-то мужик – «Да, продули, вот так…»

Твою же нахер…

Натянул куртку по самые уши, прижался к стеклу, чтоб не слышать… Нет, ну мало ли кто кому продул? Мало ли спортивных игр на свете? Может, это вообще не про нас? Да и потом, «продули» — это еще не приговор, как уже было подчеркнуто, с разницей в один мяч допустимо и «продуть». Наверное, послышалось…

Вот же он, Финал – руку протяни и потрогай.

И дома – мышкою шмыг к ящику, и только успел поймать какой-то странный взгляд матери с кухни… зачем, зачем повернулся… нет, нет, ничего, она машет рукой, иди, смотри, все нормально… как-то неестественно машет.

Но нет – все хорошо. Забиваем, почти в самом начале. Гол на чужом поле – считается за два, это тоже было отмечено. Теперь можно и «продувать», ну, не вообще – но один-два можно. Так, наверно, и будет. Да нет, и этого не случится! А в автобусе – точно послышалось. Да или правда – не о том вообще речь велась. А три мяча этому бельгийскому селу не забить ни за что.

Забивают один, перед самым перерывом, «в раздевалку». И почти сразу – еще один. Перерыва нет, это же запись, почти забыл об этом… и подступает к горлу, и медленно расползается по всему телу каким-то лютым холодом… весна… а почему солнце у них так светит? А, там же Европа, разница во времени… тем более – это же запись… да не, игры-то нет никакой, в том плане – равная… Это от «Ливерпуля» в ответке тогда отбивались – так вообще загнали нас даже не в штрафную, а прямо-таки во вратарскую площадку, но – сдюжили! А тут даже и попытки навала нет, все пресекается в зародыше. Да – вероятно, так и продули. Но – прошли же! Сколько там – двенадцать минут еще маяться? Да, вроде.

И – остановка. Пауза. Это нам на руку, секунды-то тикают. Все нормально. Судья куда-то идет с мячом. Зачем, вроде наша атака была, почему к нашим воротам… ставит на «точку»…

Как в дурном сне… да нет, это и есть сон. Так не бывает. Атака в одну сторону, пенальти в другую… бред какой-то… это ж не баскетбол с его «фолами в нападении»… ставит.

1:3

И окоченевшим взглядом упираешься в экран, и не веришь, и не можешь понять… еще же десять минут есть, пять… всего один гол, всего один удар – и мы пройдем в Финал…

И давно уже закончилось, и показывают что-то другое, а ты все сидишь неподвижно…

 

Наутро надо ехать в институт. Надо как-то… а, вот. Придется сделать такую бумажку с надписью «No comments» и приколоть к свитеру. Не от коней, их бояться нечего, если кто вдруг что и скажет – сразу убить насмерть. Простые парни начнут подходить, что-то говорить, какие-то слова, скорее всего добрые, и надо будет что-то отвечать… а говорить не можешь. Вообще. Совсем.

Когда разорвется сердце, а оно разорвется – все начнется с того самого рубца: Антверпен…

22 апреля 1993 — 2018

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Записи Mike Lebedev