Кажется, между руководством и частью болельщиков настоящая война

За последние несколько дней противостояние между руководством «Спартака» и частью его болельщиков по «делу Глушакова» приобрело настолько ожесточенный характер,что уже сильно смахивает на военные действия. Несколько дней назад в ход шли разъяснения, увещевания и призывы, но, очевидно, цели своей они не достигли.Позавчера «Фратрия» выпустила заявление, в котором не только подтвердила свой антагонизм по отношению к мятежному капитану, но и попыталась обосновать свою позицию. Вчера официальные аккаунты клуба в соцсетях, как будто в ответ на это,опубликовали фотографию всей команды в футболках с восьмым номером, а завершился день массовыми банами болельщиков, которые высказали в комментариях к этой новости свое недовольство (увы, многие действительно не стеснялись в выражениях,но были и те, кто пострадал за совершенно безобидные посты).

Акция с футболочками, конечно, адресована именно болельщицкой оппозиции, а вовсе не Глушакову. У него жизнь определенно налаживается – он продолжает отрабатывать свой контракт, размеру которого позавидуют иные топ-менеджеры крупных корпораций, он снова на поле, снова с капитанской повязкой и главный тренер Кононов ясно и недвусмысленно заявил, что Денис ему нужен и будет играть, также как это ранее сделал Рауль Рианчо. Так что Глушаков уже свой раунд выиграл за явным преимуществом, а этот месседж есть ответ «Фратрии» (а также всем тем,кто ее в неприятии Глушакова поддерживает): NO PASARAN! Не пройдет, мол, ваш шантаж. А будете упорствовать –забаним.

Более того, ряд журналистов, поддерживающих позицию клуба (и, соответственно, Глушакова) вполне ясно намекнули, что отношение фанатов к Денису мотивировано вовсе не жаждой справедливости, а за ним стоят «определенные внешние люди», в которых любой разумный субъект, знакомый с ситуацией в «Спартаке» хотя бы отдаленно, легко узнает агентов Трабукки и Гурцкая.

Я решил написать этот очень длинный текст, потому, что у меня сложившаяся ситуация, в отличие от коллеги Буханцева, вызывает не злорадство, а огромную горечь. Я болею за «Спартак» уже очень давно и все, что происходит с командой,- как ни клял я себя за это, – занимает слишком большое место в моей жизни,отнимая его порой у семьи и работы. Я решил написать его также потому, что мне хотелось бы, чтобы подобные конфликты сейчас и в будущем разрешались в русле нормальной дискуссии, а не взаимных оскорблений, обид, банов, отказа от абонементов и т.д.Наконец, я решил написать его потому, что солидарен в данном случае с«Фратрией» (по сути, но не во всем по форме), и имею основания полагать, что я отнюдь не одинок в этом. Впрочем, замечу сразу, что я ни в коем случае не говорю от лица «Фратрии», к которой не имею ни малейшего отношения, ни от лица болельщиков вообще, ни от лица портала prosm.club, а только и исключительно от себя лично. На всякий случай замечу (хотя кто ж теперь поверит? J),что я не получал за написанное денег от Марко Трабукки или Тимура Гурцкая ибо не знаком с ними ни лично, ни даже виртуально.

Для облегчения понимания я воспользуюсь удачной выдумкой старины Платона и построю свой текст в виде диалога с воображаемым оппонентом. В этом мне поможет моя недавняя переписка в твиттере с автором «Чемпионата» Михаилом Гончаровым, которого, к слову, я считаю одним из самых разумных и адекватных журналистов, пишущих о «Спартаке». Некоторые пассажи моего воображаемого оппонента будут прямо принадлежать Михаилу, а некоторые будут представлять собой коллективного Егорова-Рабинера. 

Итак, начнем.

Оппонент: Мне кажется, что то, что сейчас делает«Фратрия» и ей сочувствующие, откровенно деструктивно, даже если отвлечься от всех этих конспирологических теорий про подкуп фанатов Трабукки. Команда за Глушакова, руководство за Глушакова, тренер за Глушакова, большинство журналистов и ветеранов тоже его поддерживают. Каррера ушел, страница перевернута, сейчас команде больше всего нужна поддержка, а не эта безумная ненависть. Кроме того, все эти обвинения базируются на слухах, а реальную картину событий тот, кто не находится внутри команды себе не представляет. Культ Карреры настолько силен, что все, что не укладывается в картину мира «карреровера»просто отвергается.

Я: Я согласен с тем, что фанатский гнев часто иррационален. Фанату нужны герои (а герои по определению безупречны) и враги (которые по определению негодяи). В жизни, конечно, все не так однобоко, как, наверняка и в истории с Каррерой/Глушаковым. Но эмоционально героизация Карреры абсолютно понятна. Именно он, а не Федун,Пилипчук, Глушаков или кто-то другой стал для болельщиков олицетворением долгожданного «золота». И не только для них. В одном из последних своих интервью это лучше всего выразил Роман Зобнин: «Вообще, когда кто-то говорит о Каррере, на ум сразу приходит одно слово – чемпионство. Был бы рад однажды поработать с ним снова». Впрочем, читали мы и другие мнения (журналистские и ветеранские), в которых заслуги Массимо открыто ставятся под сомнение. Давайте абстрагируемся пока от вопроса о том, насколько это справедливо (хотя я уверен,что тут есть рациональное зерно и Каррера действительно является ключевым ингредиентом той победы). Для начала просто зафиксируем факт.

Забавно,что одним из главных виновников этой карреромании, помимо самого итальянца,является то самое руководство клуба, которое олицетворяет г-н Федун. Ведь если бы не было 16 лет без побед, если бы Каррера не был единственным тренером-лауреатом этой безтрофейной эпохи, если бы удачи регулярно (или хотя бы иногда) случались раньше, то не было бы и истерического обожания, и, самое главное, было бы куда меньше опасений, что после отправки итальянца восвояси, следующего золота придется подождать еще столько же.

Самое глупое и бездарное, что может в этой ситуации сделать руководство – пытаться с этим героическим образом бороться, пытаться обесценить Карреру, вычеркнуть его из памяти (вспомним инцидент с ненайденным фото в новости о расставании стренером), а паче очернить. Эффект будет ровно противоположным желаемому,потому, что болельщицкая любовь в принципе иррациональна. Как только вы попытаетесь с умным видом развенчать этот миф, вы тут же обнаружите себя в крайне нелепом положении.  Это ведь все равно, что пытаться объяснять болельщику, что он напрасно обожает и считает великим клуб, который 16 лет не знал побед и опустился в еврорейтингах ниже«Ростова».

Собственно весь футбольный бизнес существует за счет великих фанатских иллюзий. Везде, но не у нас. У нас он существует за счет акционеров, которые не видят в них ни малейшей ценности (напротив – скорее, геморрой), зато очень хорошо знают, что главный их актив это игроки. Игроками не разбрасываются, потому что они дороги – в прямом смысле (ведь на их покупки и зарплаты тратятся огромные деньги).  На болельщика можно наплевать и забанить, потому, что он не стоит ничего (ведь он, что бы там ни происходило,приходит на стадион и как раз приносит деньги, а не получает их в клубной кассе 15-го и 30-го).

Оппонент: Допустим. А что же все-таки Глушаков?Виноват ли он в чем-то на самом деле или просто ему довелось стать неким мифологическим Врагом в этой фантазийной болельщицкой картине мира?

Я:  Думаю, что тут все гораздо прозаичнее. Глушаков действительно является неформальным (да и формальным – ведь капитан же) лидером коллектива, что очевидно. И столь же очевидно, что сразу по окончании «золотого» сезона, летом 2017г. он стал довольно резко, хотя и кулуарно, а не открыто, как ранее Аленичев, высказывать недовольство главным тренером. Это недовольство было высказано (прямо или через третьих лиц): а) товарищам по команде, б) руководству, в) ряду журналистов, постоянно пишущих о«Спартаке», г) ряду друзей и знакомых болельщиков. В связи с этим странно, что полностью отсутствуют какие-либо упоминания о том, что недовольство это было высказано самому Каррере в глаза, что, кажется, было бы, куда более достойно и целесообразно. Несмотря на то, что контракт с Глушаковым, которому на тот момент исполнилось 30 лет, был перезаключен на весьма выгодных для возрастного игрока условиях, несмотря на то, что он в новом сезоне остался капитаном и железным игроком основного состава, слухи об этом недовольстве продолжали каким-то образом просачиваться во всех вышеуказанных направлениях и в дальнейшем.

Одновременно с этим, игра Глушакова стала вызывать все больше нареканий, «пушка» замолчала,«хоронить» он все чаще стал не команду соперников, а собственную. 

Апогеем же фанатского недовольства игрой Глушакова стал выход его на замену в печальной памяти кубковом матче с «Тосно», где капитан сначала не реализовал стопроцентный момент, а затем смазал пенальти. Я далек от того, чтобы обвинять его в том, что это было сделано намеренно – ничуть, ошибки у всех бывают. Но факт остается фактом – в матче, который почти наверняка означал бы выигрыш клубом очередного трофея (ведь в финале соперником был скромный «Авангард»), Глушаков результативно ошибся, а Каррера завалил выполнение одной из официально поставленных перед ним менеджментом задач на сезон.

Что же получается? А получается, что капитан и безусловный лидер команды, который, так же как и Каррера, получил от клуба вполне весомое признание своего вклада в чемпионство выраженное в рублевом эквиваленте нескольких миллионов евро в год,который не потерял ни места в основе, ни капитанской повязки, зато потерял где-то прицел своей знаменитой «пушки», так что и с 11 метров «Тосно» уже забить оказалось проблематично, при этом активно (настолько, что слухи об этом тут же вышли за пределы коллектива) выражал недовольство тренером. Теперь  яхочу задать вопрос Вам: а чем же мог быть так недоволен Денис?

Оппонент: Известные процессы. Избавление от персонала,приход ассистентов и резкое изменение тренировок, ухудшившееся из-за этого самочувствие игроков, травмы, фактическое отдаление Пилипчука, которого тоже любили, трансфер Петковича, чей уровень все поняли, а еще просто манера поведения главного тренера.

Я: Честно говоря, мне большинство этих причин кажется абсолютно несущественными, а часть – просто абсурдными. Но давайте подумаем, как следовало бы вести себя руководству клуба, узнавшему о существовании такого недовольства ведущего игрока и лидера коллектива главным тренером. Мне кажется, что разумнее всего было усадить их вместе где-нибудь на красный диванчик в Тарасовке и попросить высказать друг другу все, что наболело. И выступить при этом модератором. Представьте себя в роли такого модератора. Вот, допустим, Вы в своих предположениях правы и начинаете слушать эти претензии. Избавление от клубного персонала (даже если принять на веру то, что инициатором его был Каррера) как причина для недовольства игрока тренером это история просто смехотворная. Клубный персонал везде, в том числе и в «Спартаке», меняется регулярно – уходят (и уходили ранее, до Карреры) врачи, массажисты, водители, повара, курьеры,дикторы и т.д. Если такие вещи становятся поводом для игроков высказывать недовольство главным тренером, то значит эти игроки просто заняты не своим делом и пытаются, вместо того, чтобы отрабатывать удары, стеночки и забегания,за что им, собственно, платят, подменять собой менеджмент. Снимается, идем дальше.

Что касается Пилипчука, то он в новом тренерском штабе остался на той же позиции и с тем же функционалом, что и раньше. В чем заключалось это «отдаление» столь драматически повлиявшее на жизненный тонус Глушакова, понять очень сложно. Но даже если отдаление и произошло, это в сущности, такое же «не ваше дело», как и увольнение водителя или переводчика или манера Массимо одеваться (она ведь тоже может вызывать у кого-то раздражение, просто это абсолютно не имеет значения). В общем, оставили для себя «зарубочку» и идем дальше.

Петкович. Ох уж этот Петкович! Помилуйте, но каким боком Глушакова мог задеть трансфер Петковича? Это не его конкурент, хлеб не отнимает, взаймы не просит. Ну, допустим, у ребят мог возникнуть вопрос «а зачем нам этот балканский перец?», но это все в конечном счете тоже ко мне – к модератору, а не к тренеру. Я слышал, правда, похожую версию в отношении Р.Еременко – мол, взяли игрока «на живое место» капитана (дословно цитирую одного известного журналиста). Если  чисто по-человечески недовольство тем фактом, что клуб покупает игрока на твою позицию, вполне понятно, то с профессиональной точки зрения это абсолютная обыденность – в футбольных клубах существует конкуренция и иногда на одно место претендуют не два, а три-четыре игрока. Так что «живых мест» в профессиональных клубах просто не бывает – за каждое идет ежедневная борьба на тренировках и в играх. Недовольство конкуренцией это, в сущности, недовольство тем, что ты профессионал, чьи услуги продаются и покупаются на рыночных условиях. Следовательно, если недовольство проявляется в том, что ты начинаешь усиленно работать, чтобы доказать боссам,что они ошиблись и потратили деньги напрасно это нормальная реакция, а вот бубнеж по этому поводу — реакция глупая и для команды вредная.

Тут надо сделать лирическое отступление от темы «номера восемь». В качестве основной претензии к Каррере (точнее к его друзьям-агентам) часто фигурирует то, что он,де, занялся не своим делом – трансферами. В принципе, г-н генеральный директор Родионов несколько раз говорил о том, что главному тренеру предоставлен селекционный карт-бланш и более того, что «ни один игрок после Селихова не  попал в клуб по инициативе клуба». Это звучит абсолютно дико, хотя бы потому, что Сергей Юрьевич тут спалил с потрохами собственного босса Леонида Арнольдовича – ведь если генеральный директор вынужден был, поправ собственноручно разработанные регламенты, подписывать контракты с игроками, которых он не желал видеть в клубе, то ясно, что заставить его это сделать мог только один человек – Федун. Ну, ведь не стоял же рядом с ним Каррера с пистолетом у виска. Барин сказал – Родионов исполнил – Петкович пополнил состав ФКСМ. Я не собираюсь сейчас оценивать этот трансфер и разбираться с тем, имел ли в нем какую-то денежную нужду Массимо Каррера. Я просто утверждаю, что все, что ему, а равно Трабукки и Гурцкая, было позволено – было санкционировано высшим руководством клуба вполне свободно, осознанно, а следовательно ответственность за это полностью лежит на них.

Но как бы там ни было, блажь босса, решившего, что агент Трабукки сделает ему команду лучше, чем собственный сотрудник Родионов (опять-таки, может быть это и не блажь, а мудрое и дальновидное решение, на самом деле – это не суть вопроса) никоим образом не касается Глушакова. То есть по Петковичу наш модераторский ответ тот же: что дальше, Денис?

А вот дальше вопрос действительно важный – изменение режима тренировок и нагрузок. Это как раз то, что может и должно волновать игроков и о чем они могут и должны разговаривать с главным тренером, а в случае конфликта и с руководством. Потому что это напрямую касается работы. Я ничего не понимаю в тренировочном процессе и не могу судить, были ли в нем изменения (Каррера утверждал, что нет) и как они отразились на игроках, но тот реальный менеджер,который выступал бы реальным модератором в такой беседе обязан был в этом разобраться. Я читал много интервью Д’Урбано – он мне показался абсолютно здравым, вменяемым и порядочным человеком. Если у Глушакова (или других игроков) были вопросы к нему или к Каррере относительно тренировочного процесса, то выяснять это,опять-таки, нужно было внутри – к этому были абсолютно все возможности.

Что же мы имеем в сухом остатке. Из предложенного списка причин для недовольства мы имеем либо явно абсурдные либо те, которые при нормальной постановке управленческого процесса решаются внутри команды без каких бы то ни было конфликтов и вынесения сора из избы. Впрочем, причины-то эти назвали Вы, а может быть в реальности они были другими.

Оппонент: Я просто хочу сказать, что, вне зависимости от того, было ли недовольство Глушакова оправданным или нет, недовольство как таковое это нормальная человеческая реакция – это не повод объявлять человека злодеем.

Я: Тогда я возвращаю Вам Ваш ответ – если недовольство Глушакова Каррерой (обоснованное или нет) нормальная реакция, то недовольство фанатов Глушаковым (обоснованное или нет) столь же нормально. И разрешаться конфликт в идеале должен точно так же – открытым высказыванием и спокойным обсуждением претензий. Не через прессу, а с глазу на глаз.

Попробуйте услышать другую сторону. «Спартак», как, пожалуй, ни один другой российский клуб в новейшей истории, не раз и не два становился жертвой внутреннего конфликта игроки-тренер, который во время не смог или не захотел погасить менеджмент. Началось все с Аленичева и его знаменитого интервью «тупик для«Спартака», продолжилось Дзюбой и «тренеришкой», следующим пострадавшим стал Мурат Якин, который настолько не сработался со «старой гвардией», что под конец своей спартаковской каденции вынужден был выпускать на поле зеленую молодежь, затем, по иронии судьбы, уже самому Аленичеву в качестве тренера предъявляли претензии все те же пресловутые «ромашки», включая Глушакова (об этом,помнится, писал Рабинер), и вот наконец то же самое произошло с Каррерой да еще и аккурат после чемпионского сезона. Лишь в одном случае из перечисленных вместе с тренером санкции коснулись и игроков (точнее игрока) – в истории сАленичевым. После этого все свои «не то» игроки высказывали не прямо и открыто, а закулисно – так что теперь действительно можно спросить, а формальные доказательства-то где? Нет доказательств – нет нарушения контракта. А раз его нет, то, конечно,значительно проще и экономнее избавиться от тренера, чем от игрока (тем более если недовольных несколько).

Как совершенно верно заметил Рауль Рианчо, в разводе всегда виноваты обе стороны. Не сомневаюсь, что в случившемся есть доля вины Карреры. В ней есть,безусловно, вина менеджмента – и думаю всякий здравый и беспристрастный человек отдает себе в этом отчет. Факт, однако, состоит в том, что Каррера в клубе больше не работает, в отличие от Глушакова и тех людей, которые могли бы, но не стали по каким-то причинам модераторами этого конфликта. Закономерен вопрос: справедливо ли это? Мне и многим другим болельщикам, кажется, что нет. И за этим стоит отнюдь не жажда крови – это, во-первых, нормальное человеческое стремление к справедливому суду, а во-вторых, вполне законное опасение – а не будут ли эти конфликты повторяться и дальше с тем же исходом.

Ситуация, когда игроки оказываются решающей силой (или даже решающим аргументом) в назначении и расставании с тренерами глубоко ущербна. Как минимум, она означает, что клубный менеджмент полностью лишен какого-либо стратегического видения направления развития и реагирует на все чисто ситуативно, руководствуясь одним лишь принципом – наименьшего финансового сопротивления. В данном случае клуб имеет дело еще и с сопротивлением  болельщиков и реагирует конфронтацией. Герой же нашего романа, г-н Глушаков, не реагирует вовсе никак. Он отделывается загадочными записями в инстаграмме типа «Бог все видит», из которых можно сделать вывод о том, что он не считает себя ответственным ни за что. Слабая игра? Виноват тренер, а не тренер, так стресс – ведь болельщики свистят. Оправдания такого рода, честно говоря, вызывают улыбку. Если человек действительно лидер, силен духом, чувствует за собой правду и поддержку команды – свист и оскорбления не могут ему помешать. Последний пример – Дзюба. Встречен он был болельщиками с таким негодованием,что Глушакову и не снилось, зато теперь капитан и лучший бомбардир.

Другой вариант поведения, который был бы по-человечески понятен – добровольное сложение с себя функций капитана. Акт в сущности абсолютно символический – но уже вызвал бы уважение. Он означал бы не признание вины, но  признание ответственности. Ведь если в неудачах команды нет никакой ответственности ее капитана и лидера, значит лидером он является только в бане.